.jpeg)
Панорама хлебных полей и комбайнов. На синем небе – ни облачка.
Голос за кадром (радостно): Рекордный урожай в закрома Родины готовятся засыпать хлеборобы колхоза «Светлый пусть». (торжественно) Тяжел и почетен их труд. (строго) Нелегко дается каждая тонна. Не все рады успехам. (строго-тревожно) Отдельные товарищи отлынивают от работы и…
… - тянут страну в пропасть! - Матвей Назаров кашлянул и потянулся к графину с водой. Но им завладел секретарь комитета комсомола Клим Стульчаков. Сейчас Стульчаков колотил по графину линейкой, призывая колхозников к тишине. Шел -надцатый день собрания колхоза «Светлый пусть».
Голос за кадром: Труженики села с гневом узнали о тунеядстве и тяге к сладкой жизни, распространившихся среди из закаленных рядов. Тлетворное влияние Запада (трагично) отравило хлеборобам радость сбора урожая. (серьезно) Сейчас от общего собрания зависит, сможет ли коллектив найти в себе силы….
- ….и перевоспитать тунеядцев. – бригадир Федор Светлов оперся о трибуну, под которой, свернувшись калачиком, спала звеньевая Ульяна Бажан.
Светлов: Не стану называть имена, мы их знаем, товарищи.
Из зала потянулись делегаты собрания с чемоданами.
Еленин: Некоторые товарищи нам и вовсе не товарищи. (в спины уходящим) Куда путь держите?
Один из уходящих: Да кабы его удержать-то, не сбиться. К морю, к морю. (машет деньгами) Отпускные дали. (весело) И вы давайте с нами.
Еленин (возмущенно): Не по пути!
Светлов: Надо многое решить – как колхозу дальше жить.
Назаров: Иначе жизни не будет.
Архип Кузьмичев (мечтательно): Здесь – нет, а вот у моря…
Светлов: Будет вам море. Сами его и выкопаете. (пауза) Возле сельсовета. (зычно) Я долго молчал, а теперь предлагаю работать до тех пор, пока со всем не управимся. (веско) И с морем – тоже.
Назаров: Вот правильно, трудовое воспитание. Дед Пескарь – на что индивидуалист – и то работать хочет.
Светлов (многозначительно): С нами.
Стульчаков: Тише, тш-ш-ш! Голова раскалывается.
Бажан: Главное, чтобы не коалиция.
Голос из зала: Это что еще за фрукт?
Бригадир Федор Светлов (независимо): Он если есть – то его сразу нет.
Голос из зала: Почему?
Светлов: Каков садовод – таков и плод. (в зал) Надо работать. Наших решений ждет весь колхоз.
Стульчаков (нервно): Не могу в таких условиях!
Голос из зала: Еще очки надел.
Стульчаков (с обидой): Да нету у меня никаких очков. Ничего нет! У всех помощники-заместители-секретари, и только я - один на все про все.
Бажан: Крепи Родину трудовыми подвигами. (подбоченясь) Как я.
Светлов: Колхоз разорится.
Председатель Ерофей Петушков заглянул в бумаги, потом наклонился к Перьеву.
Петушков: Это где записано?
Перьев: В прогнозах подлых империалистов. (разводит руками) Они правы. Я пересчитал.
Бажан: Требую принять мой финплан! И – в поля.
Назаров (машет увеличительным стеклом): Сначала рассмотреть бы.
Бажан: Зачем? (трясет папкой) У меня почерк разборчивый.
Светлов: Да, звеньевая, разборки любишь. Председателю – на меня, мне – на него.
Петушков: Что-о?! (Перьев подсовывает ему тяжелую папку) У меня тоже кое-что есть.
Светлов (машет рукой): Ее финплан даже в бухгалтерии не приняли. А она хочет – здесь? Ха-ха. (серьезно) Но финплан нужен. Хороший. Так что (пожимает плечами) надо поработать.
Петушков: Мой примите – и расходитесь.
Назаров: Куда?
Бажан (иронично): В поля, например.
Дед Пескарь: Утром поле – вечером финплан.
Светлов: А хоть бы и в поля! Боишься?
Бажан: Я?!
Петушков (с облегчением): Соцсоревнование! Соцсоревнование!
В полях осыпались последние зерна здравого смысла. Никли кредиты доверия, уходили в истощенную почву рейтинги. Колхоз-миллионщик терял авторитет, деньги и, естественно, самих колхозников. Оставшиеся жители Светловки привыкли вставать не с петухами, а с дебатами. Рупор на бревенчатом здании сельсовета транслировал собрания по всему селу. Хлеборобы в полях, свинарки на фермах, дачники-туристы, - все избавлялись ото сна с первыми звуками еще одного нового слова – Регламент – выговоренного резко, как пила по железу.
Бажан (содрогнувшись): М-да-а-а…
Светлов: Впечатляет? (жестом обводит поле) Твоя работа. Я не мешал.
Бажан (увидев суслика): О, вредителей и без тебя достаточно.
Петушков: Кто быстрее прополет ряды?
Дед Пескарь (из шалаша): Куда пойдут «выполотые»…(что-то пишет) Возьмем на заметку.
Бажан: Покажу врагам трудовые подвиги!
Светлов: Светлое пусть уже сегодня!
Оба берутся за тяпки. Жжет солнце. Бажан, нещадно выпалывая бурьян, грезит наяву. Пальмы, море и прочие элементы сладкой жизни. Бажан вздыхает и поглядывает на Светлова. Светлов аккуратно окучивает растение и только после глубоких раздумий решает, выдергивать его или нет.
Бажан (бросает тяпку): Слушай, чего мы полем? Для кого? Это ж не наш участок.
Светлов: Родина у нас одна. (машет тяпкой) И она запущена до ручки. Поля обработки требуют. Все. А ты? Сколько твое звено проектов написало, а? Киевское поле помнишь? То-то.
Бажан: Зато у моих в звене чистые руки…
Светлов (смеется): Это уж точно. Работой не замараны.
Перьев (Петушкову): Они не слишком от нас отдалились? Мало ли…
Петушков (кричит): Все-все-все! (идет вдоль грядок) Р-работнички! (горестно) Все самому, все самому…
Начинался новый трудовой день. А тем временем в сельсовете продолжались старые дебаты.
Петушков: А почему никто не говорит о культивации калины вместо пшеницы? Агроном, за валюту выписанный, между прочим, советует.
Агроном Уль Райт: О-о, фантастик культур. Такой красни и донт вонт полоть, удобрьять…А Россий – не наш и не культур. Не наша раша. Итс враг намба Ван.
Голос из зала: Видно, что не нашенский. Агрессор.….Калина эта прибыльная хоть? Чай, не хлеб.
Райт: О, йес, чай, тии. Ай прибиль и кальину полюбьиль.
Голос из зала: Империалист!
Бажан: Примем мой финплан – и сразу начнем короновать.
Петушков (подозрительно): Чего-о?
Бажан: Бороновать. И удобрять.
Светлов: Добрее стать поможет труд, упорство с ним все перетрут. (закатывает рукава) За работу, товарищи!
Бажан: За мой финплан поднимите руки – и по пляжам.
Стульчиков: Давайте я за всех и сразу подниму вам все, что пожелаете.
Перьев (с сомнением): И это комсомол – наше будущее. (грустно) Эй, Стульчиков, подыми бумажку, во-он там.
Стульчиков (поднимает, читает): Что это, а? (упавшим голосом) Мне – замов…Товарищи. Не доверяете?
Светлов: Ты ведь жаловался, работы, мол, много, еще и общественная нагрузка.
Стульчиков: Подсидеть хотите.
Петушков (гладит его по голове): Успокойся, никто тебя не подсидит. (веско) Некому.
Стульчиков (восхищенно): Вы умеете ценить перспективные кадры.
Бажан: Двурушник.
Светлов: Разлагается.
Еленин (входит в зал, спотыкается): Почему здесь простыня? А, забыл….Кстати, чье белье?
Бажан (стыдливо): Мое.
Еленин (опускает руку с кистью): Предупреждать надо. Я думал – транспарант.
Светлов: Так мы будем работать?!
Кузьмичев (в окно): Потеете? А я - на море.
Вечером жители Светловки засыпали не в тишине, как обычно, а под стуки. Дед Пескарь забивал досками окна и двери в сельсовете.
Пескарь (глубокомысленно): Таки без анархиста-индивидуалиста не обойтись. (гордо) Уважа-а-ают. Бажан – ко мне, Петушков – ко мне. Приходят, руку жмут, работать вместе предлагают. Колхоз – колхозом, но свободная личность всегда в цене. (пауза) Надо только (забивает последнюю доску) подождать чуток.
Светлов (Назарову): И это все?
Назаров (Светлову): Нет. Скоро следующая сессия.
Светлов: Чего?
Назаров: Серия.
Петушков (Перьеву): На месте сельсовета посаду калину. Сам!
Бажан (Стульчикову): Сбор у Пескаря. Будем защищать наши поля до последнего врага.
Стульчиков (нервно): Кого?
Бажан: Сурка.
Стульчиков: Ага.
Голос за кадром: Собрание решено было продолжить в шалаше Пескаря. Так нетрудовой элемент был вовлечен в рабочий процесс самым непосредственным образом и влился в коллектив, стал его полноправным членом. (грозно) Чего не скажешь о тунеядцах, отбывших к морю в это тревожное и напряженное время. (твердо) Они развалили сельсовет – но колхоз устоял. Низкий поклон высоким моральным качествам хлеборобов! Родина вас - не забудет.
*****
Председатель колхоза Ерофей Петушков - Виктор ******
Секретарь Игнат Перьев – Виктор ******
Бригадир-ударник Федор Светлов – Виктор ********
Помощник бригадира Матвей Назаров – Николай ******
Звеньевая Ульяна Бажан – Юлия *********
Агроном Уль Райт – Джордж ***
Коммунист Еленин – Петр *********
Секретарь комитета комсомола Клим Стульчаков – Арсений ******
Архип Кузьмичев – Вячеслав *********
Дед Пескарь (сторож-отшельник) – Владимир ******